eu letters

 

"Когда я наблюдаю за потоком носков: от магазинной полки – на мою ногу – в хлам,..
когда я наблюдаю за потоком научных статей: от творческих мучений – на страницы журнала – в забвение...
Я думаю ранее всего о носках, лежащих в основе, но прежде всего стоящих... в начале всех созидающих потоков".

А.Ф. Корнюшкин   (гений всех времён и народов)
 
 

  НОСКИ УПАЛИ И РАЗБИЛИСb

Носки упали и разбились,
пора жизнь заново начать
Мои носки... такое горе....
Вас нет со мной... теперь в позоре
Как та, во тьме ползуща тать
Придется мне существовать

Я вас любил, любил не чая
Всю силу страсти провлекая
На вас молился всю дорогу...
Наряд ваш скромный и убогий
Едва ль готов был целовать
И обожая вас в кровать
Я уносил с собой, недели...
Бежали тихой чередой
Носки однажды не оделись,
Они разбились, боже мой

Теперь с ума схожу от снов
Что плотной стаей гончих псов
Преследуют меня по пыли
Той мягкой серой пыли сна
Когда в душе поет весна
Поэзия... носки, вы были
Когда-то новыми, давно...
Но видно было решено
Немытой стервою судьбой
Как будто бы само собой
Им дать с кровати вниз упасть
Разбиться в хлам, и там пропасть

Да, как любили мы везенье
В дни прежние ушедших лет
Нам снились сны на воскресенье:
Вот, помнится, идет рассвет,
А нас уже в постели нет
Мы роемся в шкафу, уныло
С высокой полки на паркет
Вдруг падают оне ... Как мило,
Воздушно падают, скользя
И не поймать их мне нельзя ...

Они разбиты. Стыд и муки,
Терпеть придется много дней
С носками будучи в разлуке
Искать конец судьбы моей
Не ведать мне: в сомненье скверном
Меня злой рок взял на прицел
И мой носок, приятель верный,
Упал на пол, лежит не цел

Что ноге моей так скоро
Где вместе явятся, где врозь
Синюшно-розовые поры
И боль меня пронзит как гвоздь
Пронзит трепещущее тело
Которое носков хотело

Увянет разум от тоски
И тень от гробовой доски
Заслонит солнце надо мной
Я не сменил вчера носки
Они разбились, боже мой...

 
 
       
  Iz tsikla "14 bichiovok", posviasaeitsia 12 etazhu v Zuz'ke - tam ia zhil s Cherepom Yorika ( FAKI) - menia tuda vignal tepersheniy Prof. Konnov (FMHF), a togda sam bomzh, no s baboi    
       

<<–  Иван Совков
Нерукотворный Памятник

  

Аллея Поэтов.  Центральный Парк, Нью Йорк

Давным-давно в прошлом веке одна прилежная ученица писала на конкурс сочинение про современную поэзию,..
и тут её взгляд упал на листки со стихами, разбросанные на столе у старшего брата, физтеха.

Стихи ей понравились. "Чьи это стихи?" – спросила она у брата.
– А-а... Юджин написал, – небрежно бросил он в ответ.
– Что-то не припомню такого. Это современный поэт?
– Ага, современный.   Американский.
Стихи были вставлены в сочинение как образец современной американской поэзии.

Сочинение заняло на городском конкурсе призовое место.
При подведении итогов комиссия особо отметила творчество американского поэта Юджина - новой звезды на небосклоне современной зарубежной поэзии.
Полку классиков прибыло.

 

Bichuiovka 1 - Obzhaga #1 (RT), iz moei sobstvennoi
obshagi menia vyzhili sobichi -preferansisty
В ответ на постановление ЦК КПСС от 1982 года
о неустанной заботе о молодых специалистах
со стороны КПСС и правительства...
 
 

 
Никем ты был - в ничто и возвратился
Без имени, без сечки, без угла
Какого же черта в даль эту тащился
Из мест, где мама родила тебя

Которому не стать уже член-корром
Их тесен круг.... Зятья и сыновья,
Все смотрят нa тебя с укором..
Как это ты? Из грязи да в князья?

Ату его, ату - в Долгопе праздной
Пусть сгинет, тварь, в безбабье, в нищете
Один лишь вход у нас - а выход разный,
Внутри каналы, видимо, не те.

Ну что ж пацан, кляни свою Долгопу
Тем временем декана зам, дерьмо,
Распределит тебя в такую жопу
И ты оденешь ящика ярмо.

Родная мать украдкой будет будет плакать
На сына блудного она не держит зла
И на письмо те слезы будут капать
Со штемпелем медвежьего угла

*   *   *

 
napisano v bichiovke I.V. Zubova (FPFE) -
bulvar Tukhachevskogo (Moscow) v period kontsa perestroiki.
 
 
"Тебе одной -
но голос музы темной коснется ль уха твоего?"
А. Пушкин
*   *   *

Стоял ноябрь. Холодный влажный ветр
В своих порывах яростен и щедр
Срывал листву с ветвей кричащих клёнов,
И та летела стаею зелёной
И падала на дно гигантских луж
Что кляксами, как пролитая тушь
Вширь растеклись по серости асфальта.
Пропели провода глухим контральто
Две женщины, похожие на клуш,
Бежали к подъезжавшему трамваю...
А я всё шёл, всё брёл. Kуда? Не знаю.
Металась тень - приплясывал фонарь
Крещендо ржавых рельс во тьме звучало...

И белый снег прозрачным покрывалом
Укутывать стал мерзость бытия.

Вдруг как бы обожглась душа моя...
И в этот снежный, в этот светлый миг
Уже совсем замерзший я, постиг
Души твоей покой и остранённость
Должно быть там я вытеснен другим
И всё ему, а мне лишь удивленность
На этот мир, что так непостижим.

 


Ed. Vuillard (1868-1940). Na bicjiovke.  Musée national d’Art moderne, Paris
 

 

Баллада о Советском паспорте
(без прописки)

И волком бы выл, грыз землю. Катись,
Но даты на штемпеле нету:
Плевком обывателя скотская жись
И ты без прописки при этом

Не в Ригу, не в Осло, не в Алентежу
Почтово-багажным, в Ал. Невский *
Тащусь. И на полку, забившись, дрожу
Не топят, и холод тут зверский

За полночь. Рязанские бабки бубнят
Из тамбура визг- что за новости?
Так это ж на рынок везут порося -
Латают прорывы в торговой сети

Сквозь сон слишу крики - облава идёт
Фигура что выглядит ментом,
Меня поднимает и горло дерёт
Давай гражданин документ, мол

Бойцом амбразурным стреляют глаза,
Взляд режет ножом эскулапа,
Не вижу кто против, но бабки все - за
Служивому двинуть на лапу.

Я радость таю, меж широких штанин
Я грею не рубль, не сберкнигу,
А накося - выкуси ты, гражданин
Ба-а-альшую немытую фигу.
___________

*Ал. Невский - поселок в Рязанской области

 
 
napisano v sluzhebnoy kvartire Instituta Physiki vysokih davleniy, posle prochtenia pervogo iz 3-x tomov "Archipelag Gulag"
 

"...Я узнал, что мой прадед жил в общаге 40 лет...."

А.Ф. Корнюшкин, из поэмы "Октябрь"
(он же - гений всех времён и народов, победитель Всесоюзных и международных Олимпиад, награжденный 14 годами жизни по общагам)
 
Академии наук СССР и лично ....
за предоставленное койко-место
 
*   *   *

Нас не спасти - и нет в моей душе
Нас не спасти - покоя и терпенья
Нас не спасти - отчаяния жест
Господь простит и дарует забвенье.

Мой мозг устал, меня кидает в дрожь,
О стены - тело, лоб - о мостовую…
На этот мир /не принял, ну и что ж!/
Как на парша марнутого плюю я!

И мне не жалко руки замарать,
Мне дайте шанс - а я уж не спасую,
Я ввергну вас в такую благодать -
Не вспомнив мать, подохните, родную.

Вы! Вереницею тупых и жадных рыл
Тащились, гадя. Ближнему втихую,
Кто яму рыл, и мягко так стелил,
А кто, как бык, ломил напропалую.

Здесь беспредел, здесь нет границ у зла
Для сволочей друг друга жрущих в свалке,
И для судьбы, которая везла
Себя по трупам немощным и жалким

Отмстится все - для вас, давил, огонь
Там приготовлен медленный, поверьте,
И своих дел вы смрад и тела вонь
Нанюхайтесь и взмолите о смерти.

Скрипя зубами будете жалеть,
Что нас, распятых, раньше не прибили,
Что вместо копий выбрали вы плеть
И на себя заклятье наложили.

 
 
Iz tzikla 14 bishiovok - napisano v bichiovke na stantzii Shermetievckoi, gde ia bicheval u Pupsa i Nadezhdy (FMHF) i ih malen'koi dochery, i kuda ia kak to prinios kotionka
 
"О б<O>мже хвостатом замолвите слово...."
Из классики
*   *   *

А ваш котёнок стал совсем большой
Охотник славный - пойманных мышей
Приносит в дом, и , хвост подняв трубой,
Спешит к хозяйке маленькой своей.

А та - подарок давний позабыв -
Его, бродягу серого - взашей
Защёлкой хлопнет, комнату закрыв
Уйдёт кино досматривать скорей.

А что коту, он в три прыжка - в сарай
Друзей знакомых как не повидать
Котам - свобода, а мышам раздрай
Их до утра он будет там гонять

Но утром кот воротится назад,
На двери поцарапает сукно.....
Не скрипнет пол, шаги не прозвучат,
Не звякнет ключ, не выглянут в окно.

Проходит всё. Так свежий ветер чувств,
Не превратившись в ярый ураган
Пригнув к земле боярышника куст
Исчезнет в мелкий утренний туман

И хлад его проникнет до костей
Росой могильной ляжет на лице
И серый кот - ободранный, ничей
В комок плотней сожмётся на крыльце

Не высушив души - нельзя предать
И мелким удовольством замести
Ведь так легко порочный круг создать
Оставить боль, сперва прижав к груди

 
 

 
Посвяжается большому деревянному дому, бичёвке в Баковке,
где за 15 лет находили приют десятки разных и непохожих людей.
Толе Синицыну, ее владельцу, вечному студенту и культуррегеру.
Домбру - типичному представителю ФОПФа,
участнику Олимпиад разного калибра, любителю межзвездных путешествий и одеколона, прострелившему красное знамя полка в части, где он служил, угодившему без паспорта и без прописки в облаву на станции Долгопрудная во времена Андроповских зачисток и за пререкания попавшему в КПЗ, откуда он бежал в тот же промозглый день.

Ferdinand Hodler (1853 - 1918). Bichjovka.  Bern, Kunstmuseum

Эпиграф
(малоизвестный перевод из Теофила Готье):

Там, похожая на горбуна,
Скрыта хижина темной листвой;
Кровля съехала, ветха стена,
Зарастают ступени травой.

Глухи ставни; и кажется пуст
Старый дом, но, как в холоде зим
Дуновением дышащих уст
Голубеет дыханье над ним.

Это штопором дым завитой
Тонкой нитью вращает струю,
Так душа той лачуги слепой
Богу весть посылает свою.

 

Стоит она, притулившись в углу,
Как бедная старушка на молебне
И вид такой расхристанный и древний
Но ей плевать на стыд и болтовню

И мне плевать - я сам бездомный пёс
Лачуга эта мне милее замка
И мне мила подружка-куртизанка
Обедом званным - пареный овёс

Да сколько побывало здесь таких
Беспаспортных, безумных, всяких-разных
И всякий раз бутылочно-заразный
Играл отсвет на лицах испитых

На тех пирах - с Олимпа Вакх вещал
К нам опустив амброзию в берлогу
Вёл непростые споры всю дорогу
Под музыку, что гений написал

В иные дни - покой и тишина
Здесь царствуют: мышонок лущит корку,
Голодный кот царапает о фортку
И газ в котле гудит едва едва

Гремит замок - и всё встает вверх дном
И благодать сменяется попойкой
С ног запах табачища валит стойкий
Разбита люстра кухонным столом

Разбит сам стол - на нём пять раз канкан
На бис сплясали девочки с филфака
Глаза горят и тянут в грех, однако
Не мерин я, но я сегодня пьян.

Не обнаружив истины в вине
Хозяин пал за тумбочку, намаясь
Над ним сипит, хрипит не истощаясь
Занудный тип на импортной волне.

Обитель дней и полночей моих
Ты рай души, ты - храм для наслаждений,
И ты силки, сводящие движенья
К бесплодной комбинации простых

Твои глаза - они горят во тьме
А по лицу играют свечек тени
Ты в дом входила - ты являлась мне
И это бы лучшее мгновенье

И дом тебя, принцессу, принимал
Он грел тебя, он исполнял желанья
Но ты ушла, он восемь лет стоял
Пока его не охватило пламя

Старушка та дворами подошла
И гениев вертеп не оценила
Сняла лампаду, кровлю подожгла
И хижину ту вечность поглотила.

 
 

 


<<–  А. Круглов
Стихи и переводы

Светлой памяти бичовки на Лесной в Пахре,
с гордостью вспоминая ее постоянных и непостоянных обитателей -
трех Шур (А.Ф. Корнюшкина, "Домбра" и Черкуна) и Димулю.
Домбру - типичному представителю ФОПФа,
участнику Олимпиад разного калибра, любителю межзвездных путешествий и одеколона, прострелившему красное знамя полка в части, где он служил, угодившему без паспорта и без прописки в облаву на станции Долгопрудная во времена Андроповских зачисток и за пререкания попавшему в КПЗ, откуда он бежал в тот же промозглый день.

Вместо эпиграфа - стихами этого не передать:

"Кхе-кхе" -- прокашлял Домбр, появившись на пороге нашей бичевки на Лесной в 1-ом часу ночи.
-- Пожрать есть что?
-- А ты откуда такой... потрёпанный?
-- Так, ...бежал из под следствия.

 

Я на тысячу лет так устал что нет сил
Эй!, - кричит мне легавый - Постой!
Не бухой я, но видно не зря попросил
Документ, гражданин постовой

Я в метровском вагоне потел от жары
Километр в гору шел мостовой
Наконец тишина, лишь гудят комары
И не спим мы за полночь с тобой

Кореш старый, общажный, меня приютил
Тьфу - как слово убого звучит
Сочиняю стихи на толчке, без чернил,
И вода подо мною журчит.

Я не знаю откуда, но чувствую так -
Скоро с бабой закроешься ты
Как на окнах твоих нарисуется мрак -
Я уйду бичевать под мосты

Под мостом не тепло, сыро, дует и мент
Уж не даст мне утрами поспать
В 6 часов вместо гимна - аккомпанемент
Поднимайся, твою перемать

Для мента, ты - никто, так ... общественный срам
Нет прописки, так значит - дерьмо,
Нарисуют тебя за 101-ый, к бомжам
И под зад сапогом заодно

Эй, товарищи... голос куда-то пропал
Что жужжишь ты как ссученный вор
Если в лютый мороз чёрт тебя не прибрал
Приберёт гражданин прокурор.

А пока мы сидим, пьём полуночный чай
Хорошо мне ... течёт разговор
Ты идеи кидаешь, а я, невзначай,
Засыпаю под твой этот... вздор.

 
 

<<--  Ещё из непереводимого – Murka

Написано по дороге в бичовку на Юго-Западной (Никольское),
Навеяно многочисленными исторями о судьбах МНСов, решивших отправить свою статью в "импортную" редакцию "соло" или "моногамно" и наивно не вписавших своих завлабов в качестве первого автора.

...A flow'ry tale more sweetly than our rhyme:
What leaf-fringed legend haunts about thy shape...

(from Ode on a Grecian Urn by John Keats)

...И слаще нашей рифмы, и сильней.
Что за легенда мчится по тебе?...

 

Ode on a Copper Basin

Вот юнош - пылкий, несмышлённый
Он нес к другим благую весть
Тиран узнал про то, зелёный
Как гад уполз, задумав месть

Вот тазик - сделанный из меди
Песком начищен и помыт
Когда-то был он полон снеди,
Теперь - по воздуху летит

Рукою подлою тирана
Коварно он запущен был
И метко. Я скажу вам прямо
Не всяк его б так запустил

Попал подлец, и кровь залила
Обезображнный висок
И тело боль ещё крутила
Когда он рухнул на песок

И руки землю загребали
Наверное подняться чтоб
И зубы громко скрежетали
Испариной покрылся лоб

А рядом медный таз валялся
Рукою меткой пущен он
И хрип всё реже раздавался
И вот заглох последний стон

Так непрочен, моногамен
Был тазом юноша убит
И лёг тот тазик под ногами
Меднейшей из могильных плит

*   *   *

 
 

 


 

    napisano davno v bichiovke v Troitske typa obzhage dlia stroiteley i MNCov, peredelano god nazad
(nad original'nim moim textom porabotala takzhe odna 16-letnaya devitza,
ch'i sobstvennie stihi byli opublikovany v sbornike 100 the best young poets,
by the way, - ona dochka phyzteha).
 
       
 
 

Iz tsikla 14 bichiovok -

Raskinulos more shiroko  

The sea's sweeping void: with a thunder
The wave crests are rolling away
We sail, past and future asunder,
Break off from benevolent bay

My brothers, we cannot survive through this shift
A "cap" told his fellow sailors
The main mast is broken, the ship went adrift
The trip is to come to a failure

In vain the old woman, awaiting her son,
Will pray - he is lost in the ocean
The waves are not rolling, horizon is calm
The sail lacks a motive and motion

*   *   *

 

   
<<--  Za Naukino Eu Letters  <<--
   

 
А к Пабло Пикассо являлась вот такая Муза:      / сравни с ... - см. выше /

Pablo Picasso (1881 - 1973).  Муза.  Musée national d’Art moderne, Paris

 

Hosted by uCoz